Исследование:
в России
опенсорс
YR
(2024)
Изучили состояние рынка, мотивацию участников, их цели и трудности.

Мнение N + 1 может не совпадать с мнением экспертов.
По вопросам, для СМИ — tk@nplus1.ru
Раздел 1
Об исследовании
По данным OSSRA, примерно 90% всего современного ПО содержит опенсорс. С проектами, которые созданы на его основе, мы работаем каждый день: например, браузеры Chrome и Яндекс Браузер построены на основе опенсорс-проекта Chromium, а большинство веб-серверов используют Apache HTTP Server и Nginx. За последние 20 лет популярность открытого исходного кода многократно выросла. Это произошло в том числе благодаря появлению общедоступных платформ для создания репозиториев, таких как Github.
Подробнее о том, что такое опенсорс, вы можете узнать в тексте.
Во всем мире открытый код способствует появлению инноваций, улучшению безопасности программ и развитию сотрудничества между разработчиками. Однако данных о состоянии опенсорса в России не хватает, а эксперты неоднозначно оценивают уровень его развития. Издание N + 1 провело исследование, чтобы выяснить, как устроен опенсорс в нашей стране на момент 2023 года. Мы планируем, что оно станет ежегодным, а список участников будет пополняться.
Цель исследования
Основная цель нашего исследования — узнать, кто и зачем сегодня занимается опенсорсом в России, а также выяснить, с какими трудностями они сталкиваются. Мы стремились получить целостный взгляд на состояние российского опенсорса: в исследовании отражены как технические аспекты, так и личное отношение экспертов к актуальным темам.
Методология
Исследование проходило в два этапа: анкетирование и интервью экспертов по актуальным вопросам. На этапе анкетирования мы рассылали опросник по крупным компаниям, опенсорс-проектам и тематическим сообществам. На все вопросы ответили 700 человек. Для анализа мы отобрали 661 валидную анкету, исключив данные от респондентов младше 18 лет, а также некачественные и неполные анкеты.
Респонденты отвечали только на вопросы, которые соответствуют их занятости, мотивации, вкладу в опенсорс и взглядам на разные его аспекты. Например, человеку, назвавшему себя независимым разработчиком, не адресовались вопросы, относящиеся к работе по найму. Мы поделили всех респондентов на 4 категории: менеджмент и владельцы компаний, независимые разработчики, разработчики в компаниях. Вопросы с вариантами ответов обязательные для заполнения. На открытые вопросы участники отвечали по желанию.

Кроме того, мы поговорили с экспертами, чьи ответы по актуальным вопросам легли в основу второй части исследования.
Демографическая сводка
Мы провели анализ на основе 661 анкеты. Из них основную часть (69%) составили наемные сотрудники. В их числе более трети респондентов (33%) работают в крупных компаниях. Бо́льшая часть опрошенных из числа наемных сотрудников (60%) работает в IT. Остальные — представители других отраслей, включая финансы, промышленность, науку, образование и государственный сектор.
Благодарим за помощь
Выражаем благодарность всем экспертам, независимым разработчикам, принявшим участие в исследовании, а также компаниям и проектам, которые распространяли исследование среди своих сотрудников и коллег.
Предупреждение о конфликте интересов: участники исследования могли оказывать информационную, консультационную, финансовую, экспертную и иную поддержку. При этом участники не влияли на методологию исследования, анализ данных, интерпретацию выводов и написание материала исследования.
Раздел 2
Выводы анкетирования
58,4%
Считают, что опенсорс не имеет границ и не существует «российского опенсорса»
98%
Пользуются опенсорс-продуктами
почти 70%
Cчитают, что современная компания должна участвовать в опенсорсе
Связь основной занятости и работы с опенсорс-проектами
Мы сопоставили ответы респондентов о занятости и их участии в опенсорс-проектах. Чаще других указывали, что работают с опенсорсом, владельцы компаний (81,6%).
Высокий процент вовлеченности в опенсорс среди них можно объяснить тем, что бо́льшая часть компаний, среди которых распространялась анкета, выпускают опенсорс-продукты. Кроме того, это может свидетельствовать о том, что многие компании внедряют опенсорс в рабочие процессы.
На втором месте — фрилансеры (73,2%). Вероятно, им проще организовать время таким образом, чтобы реализовать собственный интерес в опенсорсе.
Частота работы над опенсорс-проектами среди IT-специалистов
Мы также сопоставили опыт работы опрошенных в IT и то, насколько часто они уделяют время опенсорсу. Среди тех, кто работает в IT меньше года, несколько раз в неделю опенсорсом занимаются 26,7%, а среди респондентов со стажем более 10 лет таких уже 54,8%.
Можно сделать вывод, что вместе с накоплением опыта растет погруженность в опенсорс и количество времени, которое ему посвящают. Чаще всего участники исследования указывали, что работают над проектами с открытым кодом несколько раз в неделю или несколько раз в месяц.
Статус участия в опенсорс-проекте
Бóльшая часть респондентов (68,9%) работает с опенсорсом в качестве независимых контрибьюторов. Это говорит о том, что для большинства участников сообщества участие в проектах с открытым исходным кодом остается скорее личной инициативой, увлечением или реализацией личных потребностей и интереса. При этом процент контрибьюторов от лица компании всего 15%.
Мотивация участия в
опенсорс-проектах
Большинство опрошенных участвуют в опенсорсе, руководствуясь бескорыстными мотивами. 71,7% респондентов хотят приносить пользу обществу и развивать опенсорс, а 58,9% рассматривают это занятие как вклад в саморазвитие и обучение.
Кроме того, для 51,2% респондентов опенсорс — это способ потренироваться в решении сложных технических задач. Наши результаты согласуются с тем, что в основе идеологии опенсорса лежит работа на благо сообщества и развитие технологий.
Формально опенсорс определяют по 10 правилам, сформулированным Эриком Реймондом и Брюсом Перенсом
Комментарий шеф-редактора исследования Тимофея Кочкара
«
Движение за открытое программное обеспечение построено на философии сотрудничества и свободного доступа к знаниям. Среди «правил» — свободное распространение ПО, доступность исходного кода, возможность его модификации, сохранение авторского исходного кода и отсутствие ограничений на его распространение.
Однако компании и пользователи идут в опенсорс не только ради идеи. Даже для крупных компаний открытый код — эффективный и быстрый способ развивать собственные продукты. С приходом крупных игроков опенсорс перестал быть уделом энтузиастов.
Эрик Реймонд
Американский программист, сооснователь организации
Open Source Initiative
Подробнее о философии опенсорса вы можете узнать из нашего текста.
Брюс Перенс
Американский программист, сооснователь организации Open Source Initiative, один из авторов определения открытого исходного кода
Преимущества опенсорса с точки зрения разработчиков и пользователей
К наиболее важным преимуществам опенсорса перед проприетарным софтом респонденты относят прозрачность кода, снижение затрат на ПО, гибкость, кастомизацию и активное сообщество.
Пользователи чаще отмечают, что опенсорс позволяет снижать расходы на ПО и иметь возможность обратиться к активному сообществу, тогда как разработчикам важнее прозрачность кода, кастомизация и скорость исправления ошибок.
Это можно объяснить тем, что для пользователей, несмотря на другие преимущества, все равно важнее экономия средств и поддержка опенсорс-продуктов.
Прогноз будущего опенсорса
Ближайшие перспективы опенсорса в России почти половина опрошенных (48,9%) оценивает позитивно и куда меньше (16%) ожидают упадка этого сегмента в течение следующих трех лет. Большинство респондентов среди оптимистов выступают за участие государства в развитии опенсорса в стране. Среди них положительно оценивают перспективы опенсорса 75%, тогда как среди тех, кто выступает против, таких только 29%.
При этом респонденты, которые ожидают упадка, чаще склонны опасаться участия государства. Таких ответов почти треть (28%). Среди сторонников участия государства пессимистов всего 5%. Можно предположить, что выступающие за участие государства настроены на активное участие в развитии опенсорса и не ждут, что это будет происходить само по себе.
Раздел 2.1
Взгляды на участие государства
Отношение к участию государства в опенсорсе
Мнения респондентов о том, должно ли государство участвовать в развитии опенсорса, разделились примерно пополам.
«За» выступают 47,5% опрошенных, «против» — 52,5%. Можно предположить, что у опенсорс-сообщества есть запрос на участие государства, учитывая низкую осведомленность о его инициативах.
Отношение к финансовой поддержке от государства
Однако почти 30% из числа противников государственного участия в опенсорсе допускают, что могут принять от него финансовую поддержку. Это примерно соотносится с тем, что почти 28,1% осведомленных о государственных инициативах относятся к ним нейтрально.
Осведомленность об инициативах государства в области опенсорса
Последние несколько лет государство по-разному пыталось стимулировать развитие опенсорса: выступило инициатором создания АНО «Открытый код», провело эксперимент по публикации кода ПО госструктур в открытом доступе, объявило о намерении создать единый национальный репозиторий и так далее.
Однако 62,7% опрошенных не слышали про государственные инициативы. Это можно объяснить тем, что государственные инициативы мало представлены в информационном поле.
Отношение к государственным инициативам среди
осведомленных о них
Только одна пятая (20%) опрошенных, осведомленных о конкретных инициативах, оценивает их негативно, и чуть больше половины (52%) — положительно.
Учитывая, что бо́льшая часть сторонников участия государства ожидает, что опенсорс в стране будет развиваться, можно предположить, что они также настроены на сотрудничество с государством для развития опенсорса.
Возможные риски от участия государства
Большая часть опрошенных опасается бюрократии, связанной с участием государства. Также они видят и другие риски: давление со стороны государства или даже захват контроля над проектом.
Примечательно, что владельцы компаний и менеджеры этого не опасаются. Вероятно, менеджеры лучше осведомлены о специфике работы госорганов, поскольку чаще взаимодействуют с ними, и поэтому могут считать, что опасения, связанные с вмешательством государства в опенсорс, преувеличены.
Раздел 2.2
Аспекты работы в опенсорсе
Какие сервисы хранения проектов выбирают для работы
При ответе на вопрос со множественным выбором большинство опрошенных (75,2%) указали, что используют в работе зарубежные сервисы для хранения проектов. Среди них есть те, кто пользуются и российскими, и зарубежными — 17,9% от общего числа респондентов. Это можно объяснить тем, что разработчики хотят оставаться на виду у мирового сообщества и поддерживать с ним связь.
Причины, по которым опрошенные не пользуются российскими сервисами хранения проектов
Разработчики не пользуются российскими репозиториями главным образом из-за нежелания отказываться от привычных инструментов. Почти половина респондентов (48,6%) в вопросе со множественным выбором отметила, что не испытывает потребности в смене хранилища кода. Среди других причин опрошенные указали недостаток функционала, скромный размер сообщества и дефицит поддержки.
Еще 45,9% опрошенных попросту не знают о существовании отечественных репозиториев. Можно предположить, что, пока у российских разработчиков не появится достаточной мотивации изменить рабочие привычки, ожидать появления интереса к отечественным репозиториям не стоит.
Есть ли разница между «открытым» и «свободным» ПО
В опенсорс-сообществе часто обсуждают, в чем разница свободного и открытого ПО. В нашем исследовании большинство опрошенных (64,5%) уверены, что разница есть и они ее понимают. В то же время заметное количество респондентов (26,2%) сомневается в этом. Это может свидетельствовать о том, что граница между этими понятиями размывается.
Самый активный контрибьютор в стране
На вопрос о наиболее активном контрибьюторе в России респонденты чаще всего называли компанию Яндекс. Она открывает для всех желающих собственные наработки и вкладывается в популяризацию опенсорса.
В топ контрибьюторов также входят Базальт СПО и Postgres Pro, которые уже несколько лет занимают лидирующие позиции на рынке опенсорса в России.
Раздел 3
Опрос экспертов
Мы опросили более 20 экспертов, чтобы разобраться, как обстоят дела с опенсорсом в России. Экспертами мы считаем тех, кто занимает руководящие должности в компаниях или имеет большой опыт работы в опенсорсе, внеся в него значительный вклад. Мы задавали вопросы, исходя из проблем опенсорса, о которых чаще всего говорят в медийном пространстве.
Что такое опенсорс?
Понятие опенсорса по-прежнему остается довольно размытым для непосвященного человека. Эксперты понимают его как возможность реализовать свои идеи, расширить функционал ПО, увидеть, из чего состоит код, и все это за счет кооперации разработчиков, которая способствует ускорению прогресса.
Для меня опенсорс — это в большей степени культура и подходы к разработке ПО, которые позволяют реализовать функционал любого уровня сложности. Опенсорс-проект должен быть прозрачен и понятен как с точки зрения кода, так и с точки зрения процесса. Это позволяет привлекать лучших разработчиков и энтузиастов, ускорять развитие самой технологии и адаптации ее к реальным сценариям использования.
Сегодня быть причастным к опенсорс-сообществу или проекту — значимое качество любого разработчика, так как вся экспертиза человека и его результаты становятся публичными. В западном мире это является неотъемлемой частью резюме и портфолио кандидата. Несмотря на кажущуюся простоту и прозрачность, есть ряд правил, подходов и требований, которые необходимы для того, чтобы компания или человек смогли работать с опенсорс-сообществом или проектом.
Так формируется определенная культура работы с кодом, тестированием и планированием, без которой невозможно стать частью этого мира. Мы в нашей компании уделяем этому вопросу огромное значение как с точки зрения атмосферы, так и с точки зрения организации команд и процессов.
Александр Ермаков
СТО компании Arenadata
Антон Самохвалов
Разработчик в Яндекс
Опенсорс — это:
  • возможность аудита;
  • бесплатный софт;
  • коллаборативная разработка;
  • возможность разобраться и допилить, если что-то не работает;
  • возможность «прославиться» (для разработчика), получить аудиторию и багфиксы.

Компания Google не получает прямого дохода от написания браузера, но считает, что нужен собственный — с полным контролем. И платит деньги за его доработку, благодаря чему у всего мира есть классный браузер.

Это пример понятного опенсорса от компании, когда она решает внутреннюю задачу, выкладывая код. Постепенно такого кода становится больше, и он оказывается востребован.
Андрей Карсаков
Руководитель разработки игрового движка Nau Engine
Опенсорсные решения дают возможность более широкого выбора инструментов, которыми можно пользоваться.

Можно привести в пример экосистемы Apple и Android. С одной стороны, есть коммерческая закрытая платформа, а с другой стороны — экосистема, где все значительно более гибко с точки зрения настройки, кастомизации, вариативности продуктов.


Для меня такая возможность что-то гибко под себя настроить, доделать, доработать достаточно важна с идеологической точки зрения. Я не очень люблю, когда меня слишком жестко ограничивают продуктовые рамки.
Максим Чирков
Основатель проекта Opennet
Опенсорс — это прежде всего инструмент, позволяющий эффективно сообща развивать сложные технологии и дающий дополнительные возможности. Для энтузиастов это возможность повлиять на ход разработки, воплотить в жизнь свои идеи, найти единомышленников, адаптировать приложение под свои потребности.

Для компаний это способ упростить создание продуктов, снизить издержки на разработку за счет задействования готовых компонентов и объединения усилий с другими заинтересованными компаниями, подхватить разработку в случае банкротства или потери интереса разработчика, своими силами исправить какие-то проблемы или доработать продукт под себя, не дожидаясь реакции производителя.
Иван Панченко
Сооснователь и заместитель генерального директора Postgres Professional
Открытый код — это эффективный механизм кооперации между компаниями, которые решают общую сложную задачу. Например, ядро Linux развивают компании-конкуренты. Microsoft, Intel, IBM, Huawei объединяются на этом поле, потому что по отдельности они не смогут решить эту задачу. В этом основная значимость и выгода опенсорса.

Открытый код — это возможность для человечества в целом решать свои проблемы с меньшими затратами и более качественным результатом.
Андрей Ситник
Независимый разработчик
Идея опенсорса заключается в том, чтобы иметь возможность контролировать и понимать ПО, которое ты используешь. В первую очередь это политическое движение.

Вообще существует несколько подходов к определению опенсорса. Согласно первому и основному, опенсорс — это то, что можно скопировать бесплатно. Допустим, у нас есть школа или любое другое учреждение. В одном случае, чтобы работать с документами, мы платим компании Microsoft большие деньги, а в другом скачиваем ПО бесплатно.

Согласно другому подходу, опенсорс можно описать как республиканскую форму правления, когда государство представляет собой набор институтов. И либо они просто работают, и мы никак не участвуем в их работе, а только получаем от них что-то. Либо мы воспринимаем себя как часть институтов, и каждый может сделать вклад в их работу.
Заур Абасмирзоев
Генеральный директор компании-разработчика российского веб-сервера Angie
Опенсорс — это сообщество, которое позволяет совместно находить решение задач. По сути это совместный труд. Если приводить аналогию с городом, то в нем кто-то печет хлеб, кто-то вяжет варежки, кто-то работает в кузне.

Можно пригласить соседа на ужин, накормить его. В опенсорс-сообществе похожая история. Кто-то делает свой основной продукт и неважно почему: потому, что за этим стоит коммерческая компания, или потому, что ему просто хочется. Но они делятся этими наработками.

Благодаря тому, что кто-то сделал один «кубик», другой человек может создать свой проект с использованием этого кубика. И благодаря этой взаимной помощи сообщество развивается. Оно позволяет учиться, расти профессионально и создавать более сложные проекты на базе фундаментальных.
Участники опенсорс-движения считают, что пользователи должны обладать равными возможностями:
Комментарий шеф-редактора исследования Тимофея Кочкара
«
Например, если человек не может заплатить за лицензию Microsoft Word, должна существовать бесплатная альтернатива, не уступающая ему по функционалу. В идеальном мире, каким его представляют сторонники опенсорс-философии, ПО бесплатно и доступно для всех, а его разработчики зарабатывают на сервисном обслуживании или иным косвенным образом.
Подробнее об опенсорсе — в нашем тексте.
Модель лицензирования опенсорс-проекта определяется от случая к случаю, однако важно, чтобы код оставался общедоступным и любой желающий мог изучить его. В будущем, по задумке идеологов опенсорса, это должно привести к созданию сообщества разработчиков и пользователей, которые будут улучшать, развивать или создавать на его основе собственные программы.
Свободное и открытое ПО
Опенсорс часто путают со свободным ПО, хотя между ними есть принципиальная разница. Эксперты сходятся во мнении, что эти термины следует разделять, однако у каждого свой подход к разграничению свободного и открытого ПО: кто-то определяет разницу формально, для кого-то она не так очевидна и эти понятия все же пересекаются. Возможно, поэтому термин «открытое ПО» в России так размыт: за ним может стоять и определение OSI, и указание на «открытую лицензию» из ГК РФ, и просто доступность исходного кода.
Это вопрос терминологии и субъективного восприятия. Формально открытое ПО характеризует код под лицензиями, которые соответствуют критериям, сформулированным организацией OSI (Open Source Initiative), а свободное ПО — под лицензиями, одобренными Фондом свободного ПО.
При таком отношении свободное ПО можно рассматривать как подмножество открытого ПО. Различия между свободным и открытым ПО также часто отождествляют с противостоянием между копилефтными и пермиссивными лицензиями. Свободное ПО в большей степени отражает движение за свободу с позиции автора-разработчика, а открытое — интересы потребителя кода (разработчика производных работ).
В первом случае продвигается идея сохранения жизнеспособности и развития кода в открытой форме под изначальными условиями (сторонние изменения должны открываться). Во втором случае приоритет отдается отсутствию ограничений на создание производных работ (изменения не принуждают открывать, код можно использовать и в проприетарных продуктах). Первый подход лучше защищает от паразитирования на открытом коде, а второй более привлекателен для компаний и несет для них меньше рисков.
Максим Чирков
Основатель проекта Opennet
Николай Никитин
Руководитель лаборатории автоматического машинного обучения ИТМО
Бо́льшая часть современного открытого кода в знакомой мне области AI и ML распространяется под свободными лицензиями, поэтому, на мой взгляд, в этой сфере данные понятия смешиваются. С практической точки зрения под «полноценным» опенсорсом я подразумеваю программные решения, которые:

  • имеют доступный для пользователя код;
  • опубликованы под одной из свободных лицензий;
  • позволяют сообществу контрибьюторов принимать участие в развитии проекта (внесением как замечаний, так и предложений по изменению кода).
Георгий Меликов
Контрибьютор проекта OpenZFS
Можно говорить о двух противопоставлениях:
  • free и open — на русском (как и на многих других языках) аспекты этих понятий часто путают. Free («бесплатный» в данном случае) абсолютно не равно свободному, так как сам код может быть недоступен и иметь определенные ограничения по использованию, модификации и распространению. При этом «открытый» (open) тоже не всегда снимает все ограничения;

  • open и libre — здесь разница между понятиями определяется доступностью исходного кода и ограничениями на его использование. Под libre понимают более широкий вариант, который на русском можно назвать «свободным» (от большинства ограничений).

Лично я под опенсорсом люблю и хочу понимать третий вариант libre — код, с которым можно делать практически что угодно. Есть один очень важный момент — комьюнити и работа с ним. Проект может быть libre, но политика мейнтейнеров, их инструменты могут ограничивать контрибьюшены со стороны. Интересный пример — СУБД SQlite. В ней мейнтейнер по факту напрямую не допускает чужой код.
Андрей Ситник
Независимый разработчик
Открытое ПО — это то, где можно только читать исходный код, но нет возможности влиять на развитие: создать форк, добавить фичу, переубедить мейнтейнеров.

Свободное ПО — это как республика, ты чувствуешь себя частью системы (пусть твое реальное влияние на нее и невелико).
Заур Абасмирзоев
Генеральный директор компании-разработчика российского веб-сервера Angie
Свободное ПО — это когда я делаю продукт, исходный код которого закрыт. Я скомпилировал проект из исходного кода в продукт, сохранил и передаю его пользователю. Это свободный продукт.

А открытый код — это когда вы мне показываете, из чего вы его собрали. То есть у меня есть возможность посмотреть на исходный код и самостоятельно собрать продукт. Это две принципиально разные вещи. Под свободным ПО люди часто подразумевают ПО с открытым исходным кодом. Но это разные термины.

Открытый код при этом не обязательно является свободным. Есть лицензии, согласно которым можно смотреть код, но, чтобы им воспользоваться, нужно заплатить.
То есть понятия «открытый код», «закрытый код» и «свободное пользование» лежат в разных плоскостях. И они, соответственно, образуют матрицу.
Для сторонников свободного ПО разница принципиальна, но формально вопрос лишь в объеме прав, который предоставляется по той или иной лицензии
Комментарий юриста
«
С точки зрения рядового обывателя, не являющегося адептом движения свободного ПО, принципиальных различий между этими терминами нет. Оба способа лицензирования (да, мы будем использовать пока этот термин, поскольку и коммерческая лицензия, и опенсорс-лицензия — это суть лицензия, то есть разрешение правообладателя на использование ПО в определенном лицензией объеме и способами) являются авторским левом. Однако свободное ПО — более строгое авторское лево, открытое ПО — более демократичное.
Когда мы говорим об авторском «леве», то имеем в виду, что это максимально возможный объем прав, который дается правообладателем и который должен быть передан в таком же объеме всем последующим пользователям. На практике это значит, что пользователь, который получил право использовать ПО по свободной лицензии, не сможет на своей стороне оборвать цепочку и после модификации ПО не передать тот же объем следующему пользователю, которому он дистрибутирует такое переработанное ПО.
В случае с открытым ПО — чаще всего может. Пользователь, который решил переработать код под MIT, например, может после переработки лицензировать продукт на коммерческих условиях и никакие исходники (в том числе те, которые были под MIT) не передавать.
Для сторонников движения свободного ПО разница между движениями и терминами принципиальна, а адепты открытого ПО являются отступниками от высоких идеалов FOSS (Free Open Source Software). Но для юриста вопрос только в объеме прав, который предоставляется по такой лицензии.
Ирина Абдеева
Член комиссии по правовому обеспечению цифровой экономики Московского отделения Ассоциации юристов России
«Российский опенсорс» — существует?
Не менее дискуссионная тема — это сегментация опенсорса по странам. Уместно ли говорить о существовании российского опенсорса? У экспертов нет единого мнения о том, что называть российским опенсорсом и нужно ли вообще выделять его отдельно.

Отсутствие общей позиции по этому вопросу может создавать разобщенность и противоречия внутри опенсорс-сообщества в России.
Есть полностью российский опенсорс, который был целиком разработан в России. В нем если и есть иностранный вклад, то небольшой. Таким был Nginx до переезда в Соединенные Штаты — продуктом мирового класса российского происхождения с основной разработкой в России. Но подобных проектов очень мало.
Можно выделить еще один класс, к которому, например, относится и Postgres. Наше сообщество глобальное, но с существенным российским вкладом. Поэтому если говорить о Postgres как об опенсорс-проекте, то это продукт с большой долей отечественных разработок и высокой компетенцией внутри страны, а значит, его можно использовать в России.
Третья категория — «российские сборки». Это проекты, которые по сути российскими не являются, но собраны в России из программного кода, созданного в других странах. В материальном производстве тоже есть отечественные сборки. А иногда это просто наклеивание российского «шильдика» на китайское изделие. Так бывает и в производстве программного обеспечения. К сожалению, иностранный софт, попавший в российскую сборку, часто выдается за российский. Но «шильдик» иногда отклеивается.
Иван Панченко
Сооснователь и заместитель генерального директора Postgres Professional
Сергей Бережной
Директор по взаимодействию с разработчиками в Яндексе
Я не вижу каких-то национальных особенностей у российского сообщества опенсорса, кроме того факта, что многие люди говорят на русском. Говорить на русском предпочитают те, кто не очень охотно общается на английском или просто не знает его.

Других фундаментальных особенностей российского опенсорса не могу отметить. Ему присущи те же проблемы и преимущества, что и опенсорсу в целом. Поэтому я не до конца чувствую разницу между российским и общемировым опенсорсом.
Андрей Карсаков
Руководитель разработки игрового движка Nau Engine
Во-первых, опенсорс как таковой очень сложно локализовать географически. В сущности, это все мировое сообщество разработчиков, где основной язык общения, взаимодействия в подавляющем большинстве случаев — английский.

Поэтому я не стал бы явно выделять российский опенсорс. С таким явлением я еще не сталкивался. Я точно знаю, что очень много разработчиков и компаний, связанных с Россией или находящихся в стране, контрибьютят в опенсорс.

Опенсорс, как и открытая наука, — история международная. Как и научные исследования, так и сама идеология опенсорса скорее проигрывают от закрытости и дискретизации на локальные сегменты.
Заур Абасмирзоев
Генеральный директор компании-разработчика российского веб-сервера Angie
Фрагментация опенсорс-сообщества — это скорее плохо. Ненормально, что ситуация в мире приводит к этому. Дальше можно выискивать пути, как оптимальнее выживать в этой ситуации.

В Китае есть понятие trusted опенсорс. Оно означает, что компания «Вендор ПО» — это китайская компания, а ПО разработано под китайской лицензией «Мулан» и находится в национальном репозитории. Тогда это считается местным доверенным опенсорс-проектом.

Но это не отменяет факта, что в том же Китае есть компании, которые продолжают держать проекты на GitHub и работать в мировом опенсорс-сообществе. У них есть негласное правило, что квалификация инженеров страны должна повышаться и развиваться в том числе за счет интеграции с мировым сообществом. Они не стремятся забирать оттуда инженеров и замыкаться на внутренний рынок. Их цель — делиться, учиться вне страны, а затем развивать внутреннюю разработку.
Антон Самохвалов
Разработчик в Яндекс
Некорректно называть какой-то софт российским применительно к опенсорсу. Он, как и весь опенсорс, общемировой. Никто в мире не говорит про американский или китайский опенсорс. Есть GitHub, где люди выкладывают свой код и пишут на своеобразном английском, который мы с трудом понимаем. Но мы все равно его понимаем, скачиваем и используем. И не очень понятно, как можно разделить опенсорс географически.

Делить надо, когда чего-то не хватает и мало. Когда оно общее и все могут его использовать, есть ли смысл в таком разделении — неясно. Лично я не понимаю, что такое российский опенсорс. Никто не пишет, например, «российский дистрибутив Linux». Пишут просто «дистрибутив Linux». Людям без разницы, какой я национальности или какое у меня гражданство, если они хотят попробовать ту модель Linux, которую я им предлагаю.
Никита Соболев
Независимый разработчик
Нет смысла говорить о «российском опенсорсе». Любой опенсорс, который ты выложил, перестает быть твоим. Мы не любим изоляцию и не хотим строить такой вот маленький, только российский мир. Нам нужно, чтобы мир был доступным, желательно полностью.
Проблемы опенсорса
Если говорить о проблемах движения, то среди них есть как характерные для общемирового опенсорса, так и исключительно для России. Так, можно выделить отсутствие консолидации и общих целей и задач в сообществе. Подобная разобщенность может стать сдерживающим фактором для развития опенсорса в стране.
Основная проблема, наверное, заключается в разобщенности, атомизированности сообщества. Есть отдельные сильные кластеры, связанные с разработчиками разных линуксов и тому подобного. Есть отдельные тусовки вроде Open Data Science. Но все это совершенно не складывается в единое пространство.
В целом отсутствует понимание, что важно, а что нет. Очень тяжело, например, набрать звездочки на репозиторий. Вроде бы люди позитивно отзываются, даже пользуются, а звездочки не ставят. Просто не придают этому значения. Но, естественно, когда пытаешься конкурировать с другими решениями, то базовый фильтр отсева показывает, что у кого-то 10 тысяч звездочек, а у кого-то 10 — и понятно, какое решение более зрелое. Кроме того, начинающие проекты сложно продвигать.
Нет структурированных описаний, кто чем занимается, какие организации, коммерческие университеты, у кого какой опенсорс. Все очень рассеяно. И, на мой взгляд, здесь никто не поможет, кроме самого сообщества. Вряд ли какие-то государственные меры заставят людей общаться друг с другом. Нужно самим выстраивать сетевую систему, организовывать мероприятия, ходить на них, тогда и ситуация начнет меняться.
Николай Никитин
Руководитель лаборатории автоматического машинного обучения ИТМО
Андрей Ситник
Независимый разработчик
Для тех, кто создает опенсорс, проблемой становится разрыв между релокантами и оставшимися, между мировым сообществом и локальным, непонимание сути опенсорса со стороны руководителей крупных госкорпораций.

Есть и маркетинговые проблемы, а также нехватка положительной обратной связи для мейнтейнеров. Отсутствует традиция донатов в российских компаниях (даже два года назад мне перечисляли пожертвования только иностранные компании).

Если говорить о пользователях, то к проблемам относится недостаточная осведомленность о преимуществах опенсорса с точки зрения импортозамещения и безопасности.
Олег Северов
Сооснователь проекта Lacmus
Первая проблема — это отсутствие внятного рынка спроса. Необходимо, чтобы многие организации осознали потребность в опенсорс-продуктах, а также целесообразность и выгоду от их применения в своем контуре. Необходимо более тесное общение между разработчиками.
Второе — в идеале хотелось бы, чтобы появились точки совместного притяжения разработчиков решений с открытым исходным кодом.

Например, журналы, дайджесты, которые рассказывали бы о том, что происходит с опенсорсом внутри страны не только в центрах активности, таких как Москва и Санкт-Петербург. Рассказывали про интересные проекты, которые развиваются местным сообществом. Мне кажется, это очень помогало бы проектам, которые зародились не в столицах, обретать популярность.
Никита Соболев
Независимый разработчик
Главная проблема в том, что никто ничего не понимает. Например, никто не понимает, что такое «российский опенсорс», зачем это. Поэтому нам нужна глобальная большая задача.


Нужно определиться, что мы конкретно делаем, нужна задача со стороны государства. Пока нет понимания единой цели, глобальной задачи — все шаги будут не туда.
Иван Панченко
Сооснователь и заместитель генерального директора Postgres Professional
Есть проблема с образованием. На мой взгляд, это направление хуже остальных переходит на открытый код. Хотя для образования он очень удобен: в отличие от закрытого кода, здесь при желании можно посмотреть, что находится внутри. Для обучения айтишников открытый код особенно важен. Чтобы научиться разрабатывать свои продукты, обязательно нужно заглянуть «под капот» в чужие продукты, чтобы увидеть их код и поработать с ним.

Еще раз напомню: основное преимущество открытого кода не просто в том, что его можно скачать, а в том, что можно самостоятельно полностью разобраться в нем.
Антон Самохвалов
Разработчик в Яндекс
Лично я не вижу никаких проблем у российского опенсорс-сообщества, потому что, на мой взгляд, те, кто хочет, уже контрибьютят куда хотят.

У российского разработчика, который пытается закоммитить в опенсорс, по сути, примерно тот же набор проблем, что и у любого другого в любой стране мира. Наверное, к проблемам можно отнести знание языка: нужно хоть на каком-то уровне знать английский, чтобы суметь описать текстом, что делает твой коммит.
Владислав Шершульский
Директор по технологическому развитию в российском холдинге GSInvest
Главная проблема — недостаток потребности в новых революционных разработках. И, как следствие, недостаток идей. Это проблема делового климата в целом. Если бы общество было больше ориентировано на преодоление фундаментальных вызовов, если бы был действительно высокий всеобщий спрос на новое, если бы мы искренне считали трагедией, что проживем сегодня так же, как и вчера, появлялось бы больше новых интересных проектов и в них вовлекалось бы больше людей. Такие примеры в России есть. Они родились в Яндексе, VK, СКБ Контур и других инновационных технологических компаниях.

Есть, конечно, и более «технические» проблемы. Например, безопасность открытого кода. Иллюзия, что он надежен и безопасен просто потому, что открыт, весьма опасна. Тут в последнее время в России есть большой прогресс, связанный в том числе с усилиями Института системного программирования РАН и его партнеров из числа частных и государственных организаций, направленных на верификацию и проверку безопасности программ с открытым кодом.

Еще одна проблема — дефицит ресурсов в широком смысле. В стране не так много специалистов мирового уровня в области архитектуры программного и аппаратного обеспечения, как хотелось бы. Да и доступ к новому оборудованию, особенно для машинного обучения, затруднен.

Кроме того, сейчас у нас почти каждая крупная компания на основе одних и тех же компонентов с открытым кодом делает свою версию ОС, несколько СУБД, облачные платформы и прочее. Это интересно, но не очень рационально. Разумная консолидация усилий тут бы не помешала. Проблемы есть, но без открытого кода решить их было бы, скорее всего, невозможно.
Существующее законодательство в полной мере позволяет авторам защищать свои права. Проблемы могут возникнуть в случае, если
разработчик доработал стороннее открытое ПО
Комментарий юриста
«
На мой взгляд, юридических проблем в сфере опенсорса нет. Существующее законодательство позволяет авторам защищать свои права. Риски использования опенсорса лежат не в плоскости российского законодательства, а за его пределами.
Возможно, может быть полезным создание на базе АНО «Открытый код» юридической клиники для консультаций начинающих разработчиков, которые помогли бы избежать наиболее часто встречающихся ошибок при использовании опенсорса. Но если иностранный правообладатель ПО завтра закроет свой опенсорс-проект (сменит опенсорс-лицензию на коммерческую), то юридическая клиника, увы, не сможет помочь. От того, насколько код был локализован, насколько он зависим от такого закрытого иностранного компонента, как связан с другими продуктами, будет зависеть и то, насколько безболезненно разработчик сможет перестроиться и перестать использовать «закрытый» проект.
Ирина Абдеева
Член комиссии по правовому обеспечению цифровой экономики Московского отделения Ассоциации юристов России
Нужна ли господдержка?
С участием государства в делах опенсорса связан и другой вопрос: нужна ли опенсорсу в России господдержка? Какие действия со стороны государства хотело бы видеть опенсорс-сообщество? Несмотря на то, что осведомленность о мерах финансовой и грантовой поддержки у экспертов разная, они сходятся во мнении, что она нужна. Кроме того, эксперты призывают государство стимулировать компании и собственные учреждения выкладывать софт в открытый доступ, предоставляя сторонним разработчикам возможность его доработать. При этом некоторые эксперты полагают, что мер поддержки IT-сферы со стороны государства и так уже достаточно.
Я настаиваю, что меры поддержки должны быть. Во-первых, заходя в реестр ПО, я бы хотел не видеть в категории операционной системы 20 разных наименований или в категории управления базами данных порядка 100 наименований, а видеть несколько решений — два, три, четыре, между собой конкурирующие. У нас сейчас есть топовые решения, например, среди операционных систем, но это все закрытые решения, и я в них вложиться не могу. По факту они для определенной целевой аудитории из клиентов.

Поэтому я бы как минимум подумал о каких-то преференциях разработчикам, вендорам ПО, чтобы стимулировать их этими продуктами пользоваться. Объекты критической информационной инфраструктуры должны использовать по возможности открытое ПО российского производителя.

Во-вторых, за рубежом давно появились некоммерческие фонды, которые поддерживают административно или организационно опенсорс-проекты. В Китае, когда они захотели развивать свой опенсорс, множество коммерческих компаний под менторством тамошнего Минцифры создали фонд OpenAtom. Этот фонд управляет опенсорс-проектами например, Harmony OS для инфраструктуры умных домов и так далее. Получается, разработчики делегировали ОС в фонд. Теперь это проект с открытым исходным кодом под управлением фонда. Эти фонды берут на себя поддержку, инфраструктуру, маркетинг, пиар и так далее. Это то, что нужно обычным проектам.

При этом любой разработчик может внести вклад, бесплатно или платно — фонд за это готов заплатить. У нас сейчас при госзакупках действуют 223-ФЗ и 44-ФЗ, которые заставляют вас в буквальном смысле вагон и маленькую тележку документов собрать, если какая-то госкомпания хочет приобрести ваше ПО. У меня, как у индивидуального контрибьютора в опенсорс, нет никаких шансов оказать платную услугу в виде доработки опенсорса для госкомпании. Законодательно для этого нет инструмента, чтобы компания могла заплатить мне без боли, унижения и вагона макулатуры.

У нас в стране точно есть много индивидуальных контрибьюторов, но у них нет никакого шанса на системном уровне взаимодействовать с госкомпаниями и коммерческими компаниями по развитию опенсорса за денежку. Более того, сегодня даже противозаконно получать донаты за свою работу из-за рубежа. Соответственно, института оказания финансовой помощи индивидуальным контрибьюторам в стране нет. Грантовой программы тоже практически нет, и не всегда очевидно, как ее получить.
Заур Абасмирзоев
Генеральный директор компании-разработчика российского веб-сервера Angie
Николай Никитин
Руководитель лаборатории автоматического машинного обучения ИТМО
Во-первых, на мой взгляд, государство должно не помогать управлять, а поддерживать. Было бы здорово, например, если бы результаты по научным грантам от государства поощрялось бы публиковать в открытом коде.

Во-вторых, гранты. Есть гранты для библиотек в области ИИ, но в них упор делается на cоздание проектов для решения конкретных задач бизнеса. Пригодились бы гранты на создание инструментов, которыми бы пользовались разработчики в области ИИ.

В-третьих, нужна финансовая поддержка библиотек, которые уже созданы, развиваются и поддерживаются. Это трудоемкое занятие — поддержка, актуализация какого-то инструмента — и при этом неблагодарное. Поэтому было бы полезно поддерживать решения, которые себя хорошо зарекомендовали и которыми пользуются в России.

Национальные стратегии и так далее, наверное, тоже важны для развития опенсорса. Однако важно, чтобы это не скатывалось в гиперцентрализацию. Опенсорс — это про сообщество, про энтузиазм личностей и компаний. Важно не навредить излишней бюрократизацией. То есть поддерживать, а не говорить людям, как им делать.
Алексей Смирнов
Председатель совета директоров компании Базальт СПО
Первое, с чего нужно начать, — это опубликовать под свободной лицензией все разработки, созданные за бюджетные деньги, на которые не наложен гриф секретности. Если государство требует электронного взаимодействия, необходимо сделать референсную реализацию под свободной лицензией. Кому надо — будет брать, использовать, дорабатывать.

Второе — на мой взгляд, государство должно проявить сдержанность. Оно уже сделало мощные шаги по поддержке ИТ-отрасли, дальнейшие могут привести к избыточному регулированию.

Вреда от таких инициатив, как, например, принятие «Стратегии развития открытого ПО», я не вижу, как, впрочем, и пользы. Такого рода документы неоднократно принимались без какого-либо видимого эффекта. Например, кому и для чего нужен централизованный российский репозиторий — я не знаю. Тут лучше спросить инициаторов этой идеи. А вот публикация под свободной лицензией всего ПО, разработанного на бюджетные деньги (кроме ПО, находящегося под грифом секретности), кажется важным и перспективным шагом.
Антон Голубь
Главный инженер компании Qiwi
Хотелось бы, чтобы государство проявляло себя в домене OSS не как регулятор, а как контрибьютор. Государственные сервисы потенциально могут быть спроецированы в открытое пространство, повышая к себе доверие. Такую инициативу я бы только приветствовал как пользователь и как инженер.

Например, «Госуслуги» — довольно обширная и востребованная система, которая нуждается в значительных ресурсах для развития. Она могла бы привлекать их в том числе по модели OSS. Пусть не целиком, но, если бы какие-то компоненты существовали в открытом доступе и была бы механика, позволяющая квалифицированному эксперту предлагать улучшения, это совершенно точно имело бы отклик.

Важно, чтобы государственное присутствие в опенсорсе было позитивным, создавало мультипликатор ценности. Необходимо соблюсти баланс с интересами безопасности (STO), но, кажется, потенциально большой технический блок (сервисные sdk, решения для обработки данных по 152-ФЗ, например) мог бы стать частью публичного достояния и тем самым получить дополнительный импульс развития.
Никита Соболев
Независимый разработчик
Меры поддержки есть, но я ими никогда не пользовался. Но нам нужны и «карательные» — с некоторой долей шутки — меры, чтобы разобраться с существующими проблемами.

Например, была бы полезна сертификация онлайн-курсов. Первое, что нужно сделать, — это провести аудит. В некоторых случаях это откровенное мошенничество. Нам вроде нужны кадры, но огромное количество новичков в индустрии никто не хочет учить.

Еще одна важнейшая проблема — плохое качество управления. Я провожу аудиты в совершенно разных компаниях и везде наблюдаю похожие проблемы: люди занимаются непонятно чем, а реально работают из них двое или трое. При этом никто не умеет управлять сотрудниками, слепо копируя нерабочие западные модели из пересказов кратких выдержек плохих книжек. Более здоровая рабочая среда поможет людям тратить больше времени на развитие технологий и меньше времени — на ерунду.
Денис Пушкарев
Автор и мейнтейнер проекта core-js
Во-первых, государство не должно мешать. Это главное. Во-вторых, было бы неплохо, если была бы адекватная грантовая программа. В-третьих, полезно было бы стимулировать занятие опенсорсом в государственных вузах.

То есть чтобы курсовые, дипломные работы проходили как работа над опенсорсом. На мой взгляд, в первую очередь нужно поддерживать и помогать компаниям развивать опенсорс.
Андрей Карсаков
Руководитель разработки игрового движка Nau Engine
Существуют грантовые программы, которые поддерживают разработку решений с открытым исходным кодом. Если такая поддержка будет перманентной, будет постоянный конкурс, то разработчики опенсорса смогут иметь хотя бы незначительную возможность получать от государства ресурсы на развитие таких решений.

Я бы не сказал, что опенсорсу нужна супермассированная поддержка. С учетом того, что в России инструментов поддержки IT-компаний и продуктов и так достаточно. Есть ИРИ (Институт развития интернета), например, есть РФРИТ (Российский фонд развития информационных технологий).

Можно было бы создавать дополнительные поощрения не только за разработку продукта, но и за выкладывание его в опенсорс. Не должно быть условия, что грант можно получить только за опенсорсный проект — гранты надо давать на все. Но если проект еще и опенсорсный, то за это можно поощрять дополнительными бонусами.
Надежда Кострюкова
И. о. директора АНО «Открытый код»
На наш взгляд, государство, в соответствии со своими полномочиями, может системно влиять на развитие открытого и свободного ПО. В первую очередь через усиление образовательных программ, развитие мер поддержки, вдумчивого и аккуратного регулирования.

Все эти направления мы включили в проект «Стратегии развития программного обеспечения с открытым кодом в России до 2030 года». Документ был разработан при широком участии экспертного и профессионального сообщества.
На мой взгляд, на развитии опенсорса должны быть сосредоточены усилия не только государства, но и коммерческих компаний с высокой экспертизой и компетенциями
Комментарий юриста
«
Если говорить про нормативное регулирование, существует понятная база для работы с опенсорсом, защиты своих интеллектуальных прав и так далее. Культура работы с открытым ПО также развивается. Это позволяет избежать грубых ошибок — например, нарушения строгих копилефтных лицензий, которое может обернуться прекращением использования ПО. Есть некоторые сложности с отсутствием единообразной терминологии, но уже сейчас ведется работа по гармонизации терминологии. Думаю, в ближайшее время эта проблема будет устранена.
На мой взгляд, на развитии опенсорса должны быть сосредоточены не только усилия государства, но и коммерческих компаний с высокой экспертизой и компетенциями. Мировые IT-гиганты, такие как Google, IBM, Microsoft, являются чемпионами по объему разрабатываемого и поддерживаемого опенсорс-кода. На это тратятся колоссальные ресурсы, при этом сроки получения возможной прибыли от монетизации таких проектов могут составлять годы.
Александр Журавлев
Управляющий партнер юридической компании ЭБР, председатель комиссии по правовому обеспечению цифровой экономики Московского отделения Ассоциации юристов России, сооснователь образовательной платформы Moscow Digital School
Много ли российских коммерческих компаний могут позволить себе «работать» на опенсорс без компенсации финансовых затрат на разработку? К сожалению, нет. Мне кажется, что на базе крупнейших разработчиков российского ПО должна идти методичная работа по созданию своего пула ключевых опенсорс-проектов, которые были бы нужны и использовались бы потом мировым сообществом. Для этого нужно принимать соответствующие программы государственной долгосрочной поддержки и в течение длительного времени финансировать опенсорс, чтобы через 10 лет увидеть результаты. К слову, в таком случае российская лицензия может и быть. Но не российская лицензия позволит популяризировать российское ПО, а нужное миру российское опенсорс ПО поможет популяризировать российскую опенсорс-лицензию.
Будущее опенсорса
Что ждет опенсорс-разработку в России в будущем? Большинство экспертов сходятся во мнении, что отечественный опенсорс будет развиваться, особенно на фоне ухода западных вендоров ПО. Интенсивность этого развития будет зависеть от вклада участников сообщества: разработчиков, компаний и государства. Однако усилия должны быть направлены не только на замещение иностранного ПО, но и на создание собственного, а также на развитие культуры опенсорса. Поэтому важно привлекать к проектам как можно больше участников сообщества, заинтересованных в его развитии.
Значение опенсорса осознают все, вне зависимости от страны. Это транслируют конференции: мы все чаще видим треки, которые целиком посвящены OSS, — сфера образования и корпоративные манифесты. Да и сама практика разработки закрепляет мысль о том, что опенсорс — это бустер эффективности в широком контексте технологических, производственных, социальных, трудовых отношений.

В первую очередь к развитию опенсорса нас двигает экономика. «Распределенные коллективные усилия ради всеобщего процветания» имеют вполне измеримые параметры PnL, которые делают его использование осмысленным для бизнеса. Без вовлечения крупных игроков, без инфраструктуры и без фондов OSS едва ли приобрел бы известный нам сегодня масштаб.

Опенсорс — это еще и про ценности и культуру. Пространство для творчества, обучения, трансляции идей и демонстрации компетенций. Вузовские и корпоративные хакатоны, а также исследовательские проекты часто интегрированы в публичные репозитории. Область коллаборации и дальше будет расширяться просто потому, что для нового поколения инженеров опенсорс является нормой. Профиль на GitHub вместо технических интервью, Stackoverflow вместо рекомендательных писем.

Если обобщить, это новое состояние индустрии. Прогноз вырисовывается один: все будет хорошо.
Антон Голубь
Главный инженер компании Qiwi
Максим Чирков
Основатель проекта Opennet
Сейчас в России возможны лишь краткосрочные прогнозы. Если изоляция усилится, то и опенсорс станет более востребованным. Однако, боюсь, это будут не оригинальные открытые проекты, а ответвления и альтернативные редакции на основе существующих международных открытых проектов. В некоторых случаях это будет полноценное участие в совместной разработке, а в других — просто переупаковка.
Иван Климов
Генеральный директор компании Базовый код
У российского опенсорс-сообщества большой потенциал. Мы видим, как оно растет и развивается. На данный момент наш рынок находится в стадии так называемого «опенсорс-феодализма»: множество разработчиков небольшими командами дорабатывают один и тот же проект схожим образом, не внося существенных улучшений.

В перспективе 3-5 лет рынок пройдет процесс консолидации вокруг наиболее успешных продуктов и произойдет объединение таких разрозненных команд. Благодаря активному участию многих компаний и разработчиков в общем проекте мы ожидаем, что развитие инфраструктурных решений на основе опенсорса в России ускорится.
Андрей Ситник
Независимый разработчик
Часть авторов будет интегрироваться в иностранное общество, так как среди активных авторов опенсорса много релокантов (они как раз попадают под все критерии людей, которые решили уехать).

Разработчики в целом, а в первую очередь те из них, кто остался, будут искать решение своих личных проблем из-за хаоса и смены среды. Сообществу сейчас не до создания чего-то нового.
Олег Северов
Сооснователь проекта Lacmus
Я хочу надеяться, что опенсорс будут популяризировать среди населения нашей страны, в том числе и без привязки к центрам разработки в столицах для более равномерной активности по стране. И на то, что учебные заведения будут более качественно и тесно применять опенсорс в обучающих программах. Мне бы хотелось верить в позитивное развитие событий.
Николай Никитин
Руководитель лаборатории автоматического машинного обучения ИТМО
Все выглядит так, будто опенсорс в России ждет довольно интенсивный рост. Так или иначе, и государственные, и корпоративные ресурсы в это вкладываются. При текущей тенденции минимум через 3 года появится больше решений, вырастет размер сообщества и так далее.

Однако также важно, чтобы эти решения не только создавали, но и популяризировали, а люди пользовались ими и обменивались опытом. Причем не только продуктами импортозамещения, но и чем-то новым.
Иван Панченко
Сооснователь и заместитель генерального директора Postgres Professional
Некоторые сообщества или компании-разработчики, в том числе и наша, используют текущий период как время возможностей. Мы занялись активной разработкой новых фич, востребованных нашими пользователями. В будущем они смогут попасть и в экспортную версию нашего продукта.

Сейчас высока потребность в новых российских продуктах, которые должны заменить импортные и в чем-то превзойти их. Кто-то может пойти по нашему пути: присоединиться к международному сообществу вокруг определенного продукта, внести в него существенный вклад и стать российским вендором этого продукта или производного от него. В отличие от коммерческого международного сотрудничества, заблокированного санкциями, совместная работа международных сообществ открытого кода в большинстве случаев продолжается.
Антон Самохвалов
Разработчик в Яндекс
Я считаю, что опенсорс в России будет развиваться так же, как и во всем остальном мире, потому что нет никакого разделения на российское и мировое опенсорс-комьюнити. Это все — глобальный опенсорс.

И мой прогноз очень простой: завтра опенсорс будет чуть больше, чуть лучше, чуть выше, чем был вчера. Я не ожидаю революций и серьезных прорывов, все будет стабильно. Опенсорс давно победил.
Никита Соболев
Независимый разработчик
Опенсорс точно будет развиваться, потому что появилась экономическая целесообразность его развивать. Как минимум потому, что сейчас стало меньше конкурентов.
Однако часто под таким развитием понимается создание продуктов-заместителей.
Я, как человек из опенсорса, с продуктами-заместителями сталкиваюсь крайне редко, для меня опенсорс — это глобальные технологии, которые нельзя быстро заместить, — например, LLVM (Low Level Virtual Machine).

Нельзя написать второй такой большой и сложный проект, который бы использовался для бэкенда огромного количества компиляторов. Те же самые языки программирования, веб-фреймворки, фронтенд-фреймворки, которые используются сейчас почти везде. В России были, есть и будут люди, которые участвуют в опенсорсе. И хочется, чтобы этих людей тоже услышали, поняли, что без них всего этого не будет, и помогли им развиваться.
Участники сообщества, опрошенные N + 1 в рамках исследования, сходятся во мнении, что важно избегать изоляционистской риторики
Комментарий шеф-редактора исследования Тимофея Кочкара
«
Опенсорс основан на принципе глобального взаимодействия, поэтому российским специалистам следует стремиться участвовать не только в региональных командах разработчиков, но и в глобальных комитетах, которые развивают проекты. Более активное участие отечественных IT-специалистов в международных инициативах может привести к росту количества опенсорс-проектов внутри страны.
Подробнее о том, какое будущее ожидает опенсорс в России, вы можете прочитать в нашем материале.

Исследование: опенсорс в России

По вопросам, для СМИ: tk@nplus1.ru
2024
Использование всех материалов без изменений в некоммерческих целях разрешается со ссылкой на N + 1
Made on
Tilda